— Расскажи-ка поподробнее. — Нэнси вздохнула. Теперь придется забыть о горячей ванной.

— Лицо у него ангельское, а на самом деле он — извращенец, — продолжила Конни. — Выберет самую беззащитную девушку и издевается над ней. Сначала присматривается и обхаживает тех, кто ему по вкусу. Немногие соглашаются, но если уж попадешься, он тебя изобьет, чтобы потом во всем подчинялась, и изнасилует.

— Это ты про себя? Синяки на лице — его рук дело? — спросила девушку Нэнси.

Она представила себе улыбающегося Артура Бима в рекламном ролике «По почте купим у «Бим и Купер». Обаятельное лицо, внушающее доверие и симпатию. Этакий добропорядочный американец, которому смело можно доверить и деньги, и детей.

— Это еще не все, — продолжала Конни и сняла шерстяной берет — волосы на макушке были выстрижены. Это место было заклеено пластырем. — Скорая помощь мне наложила восемь швов, — уточнила она и надела берет. Руки она снова сложила на коленях.

— Ты заявила на него? — поинтересовалась Нэнси.

Конни удивленно посмотрела на нее.

— Чтобы подать в суд, нужны доказательства. Вы знаете это не хуже меня. Вот почему я и говорю, что меня дважды втоптали в грязь. У них сразу окаменели лица, как только я упомянула Артура Бима. Пришлось дать задний ход. И все-таки я надеялась, что кто-нибудь поможет мне восстановить справедливость, вот и подумала о вас.

— Что ты сказала врачам?

— Что упала с лестницы, — пожала плечами Конни. Нэнси не удержалась от горькой улыбки, разумеется, не по поводу того, что случилось с Конни. Какая типичная формулировка! «Упала с лестницы». В больницы Бруклина и Бронкса частенько попадают жертвы мафиозных разборок с простреленной грудью, и ссылаются они, как правило, на падение с лестницы. Ведь главный закон мафии — молчание.