— Над его внучкой, Конни, надругался Артур Бим. Знаешь этого красавчика из ролика «Пошлем письмо и купим у фирмы «Бим и Купер»? — Она провела указательным пальцем под фамилией и домашним адресом Артура Бима. — Он жестоко изнасиловал ее. Конни — славная девушка из честной семьи, ты сам знаешь.

Она пересказала ему вкратце историю Конни. Сэл внимательно слушал сестру.

— Я уверена, что девушка говорит правду, но мы все равно должны проверить, — закончила она.

— Хочешь представить Биму обвинение? — нахмурился Сэл. Он уже представил себе, какую шумиху поднимут газеты вокруг этого процесса.

— Хочу, как хотел бы ее дедушка, справедливости для Конни Коралло, — сказала она с горячностью. — Хочу, чтобы Артур Бим больше не мог издеваться над девушками.

Сэл отлично ее понял. Он нажал кнопку и, как только раздался сигнал о приближении лифта, расцеловал Нэнси в обе щеки. Эта сугубо итальянская привычка выражать родственные чувства, сохранилась у них с детства.

— Обними за меня Хосе Висенте, — сказал он, намекая на предстоящее свидание Нэнси. — Обними покрепче, — добавил он и подмигнул.

Нэнси послала ему воздушный поцелуй, двери захлопнулись. Лифт с сорокового этажа спустился на первый. Нэнси вышла на улицу из небоскреба, возвышавшегося неподалеку от Либерти Плэйс, в деловом квартале.

Гвидо, ее шофер, открыл дверцу «мерседеса 500 SEL» с затемненными стеклами. Нэнси скрылась в лимузине, и он с легким шелестом двинулся по Вест-стрит в направлении Челси.

Проблема Конни Коралло решена, подумала Нэнси, а вот ее собственная мука — безысходна. С детских лет она носила и будет носить ее в себе, словно проклятье.

Нэнси закрыла глаза и подумала о предстоящей встрече с Хосе Висенте. Они не виделись по крайней мере лет десять, но и тогда, и сейчас встречались тайком. Для госпожи Нэнси Карр было просто немыслимым появиться в обществе рядом с Хосе Висенте Доминичи.