— Хватит оскорблений, Грэнвилл! — гневный выпад оборвал маркиза на полуслове. — Я отлично знаю, зачем ты сюда явился, и ты заплатишь за это — ты и твои наследники! Клянусь кровью Христовой! — И Декатур поднял руку, в которой тускло блеснул серебром заряженный пистолет.

Над крышей с бешеным гвалтом взметнулась в воздух стая грачей, перепуганных звуком выстрела, разорвавшим тишину. Уильям Декатур, граф Ротбери, рухнул на ступени крыльца собственного дома. Под его головой растекалась темная густая кровь. Широко распахнутые глаза, лишенные жизни, все еще смотрели на круживших в небе грачей, на легкие облака, на робкий проблеск первой звезды.

Вперед выступил солдат с ярко пылающим факелом в руке. Он небрежно перешагнул через бездыханное тело и швырнул факел в проем двери.

Джордж Грэнвилл так и не шелохнулся в седле. Он приехал сюда, чтобы исполнить королевский приговор со всей возможной мягкостью, чтобы помочь своему другу избежать самого худшего. Но его благие намерения пошли прахом.

Граф Ротбери лежал мертвый на крыльце охваченного пожаром дома, а его наследник, восьмилетний мальчишка, обречен скитаться вне закона, с бременем кровной мести, слишком тяжким для детских плеч. Но Джордж Грэнвилл знал, что рано или поздно мальчишка станет мужчиной. Руфус Декатур — достойный сын своего отца.

Глава 1

1643 год

Шотландия, Эдинбург

В тесной, лишенной окон каморке плавали облака густого, смрадного дыма. Он поднимался от еле тлевшего очага, устроенного прямо на полу. Скрюченная старуха мешала варево в котелке и непрерывно кашляла, и только эти сухие, резкие звуки нарушали ватную тишину. Там, снаружи, мертвую белую землю наглухо закутал толстый снежный покров, а со свинцово-серого неба падали все новые снежинки.

Узел лохмотьев, прикрытый вонючим, побитым молью одеялом, застонал и заворочался, хрустя соломой, наваленной прямо на пол.

— Женщина, бренди!