Если бы Эдварду и потребовалась рабочая сила, он бы, конечно, предпочел кого-нибудь постарше и покрепче. Однако за внешней бравадой мальчика чувствовалось такое отчаяние, что Эдвард задумался.

— Да, — наконец медленно произнес он. — Думаю, я возьму тебя.

Мальчик позволил себе лишь секундную торжествующую усмешку и тут же задрал подбородок.

— Когда мне начинать? — деловито спросил он.

— Если можешь — прямо сейчас. Как тебя звать?

Он распрямил плечи:

— Демос Атрикес.

Эдвард жестом показал мальчишке подняться на борт. С горящим взглядом Демос быстренько взобрался на яхту.

Стоя на палубе многомиллионного судна, он выразил свое восхищение, лишь погладив отполированный деревянный поручень так, словно это было хрупкой драгоценностью. После этого он засунул руки в карманы и твердо посмотрел на Эдварда:

— Что ты хочешь, чтобы я сделал?

— Начинай скрести палубу. Надеюсь, это не слишком грязная для тебя работа? — спросил Эдвард, за что удостоился презрительного взгляда.

Он наблюдал за тем, как рьяно Демос принялся за работу. Худющие лопатки под тонкой рубашкой так и заходили ходуном, а тощая шея покраснела от усилий.

Демос работал весь день — Эдвард знал, что на меньшее мальчишка не согласится. Когда он наконец вручил ему несколько банкнотов, Демос быстро, уверенно пересчитал их и кивнул.

— Тогда до завтра? — с легкой ноткой сомнения в голосе спросил он.

— До завтра, — сказал Эдвард, решив, что к тому времени найдет для парнишки какую-нибудь подходящую работу.

Демос кивнул и легко спустился с яхты. Эдвард смотрел, как паренек, босоногий, идет по причалу. До него донесся веселенький мотивчик, который Демос насвистывал себе под нос.

Глава 1

Спустя двадцать лет

Демос Атрикес стоял, лениво прислонившись к стене, и почти брезгливо смотрел на танцпол, на котором под быструю музыку дергались фигуры танцующих. Напротив, на красные, волнами ниспадающие занавески, проецировались какие-то абстрактные картины. За этим слайд-шоу наблюдали скучающие на софах гости — те, кто не вышел танцевать.