— Я встретился с ней вчера. — Демос пожал плечами. — И мне стало любопытно.

Это все, что Демос собирался сказать даже Эдварду. То, что он желал ее, никого не касается.

Эдвард вернулся к своему тосту с джемом.

— При других обстоятельствах и зная твою репутацию, я бы посоветовал тебе держаться подальше от дочерей коллег, но не в этот раз. Не уверен, что у девушки, подобной Алтее Паранусис, есть сердце, которое ты мог бы разбить. Или, по крайней мере, репутация, которую желательно не пятнать.

Примерно то же самое, хотя выраженное несколько грубее, ему вчера сообщил Ангелос. Тем не менее, к удивлению Демоса, в нем вспыхнуло желание защитить Алтею от любых нападок, хотя то немногое, что ему было о ней известно, лишь подтверждало общее мнение.

И все же…

— Хотя, — добавил Эдвард, — я слышал также, что Паранусис хочет поскорее выдать ее замуж.

Демос чуть не поперхнулся кофе. Но потом вспомнил вчерашний разговор с дочкой банкира и успокоился. Чего бы ни хотел ее отец, сама Алтея явно желала остаться свободной птичкой.

— А что? — глотнув свой кофе, сказал Эдвард. — Замужество скажется на этой девице положительно, как в общем-то обычно и происходит. Что в свою очередь положительно скажется на репутации семьи, которую она… — как бы это сказать? — немного подмочила.

— Неужели она так плоха? — скептически спросил Демос.

— Видишь ли, «Аттика Финанс» — организация консервативная. Как и Спирос, который хочет быть уверен, что о его дочери позаботятся.

— Понятно — хочет сбыть ее с рук.

— Думаю, всего лишь уберечь от неприятностей. — Эдвард подумал. — А почему для тебя это так важно?

Эдвард произнес свои слова довольно небрежно, но Демос слишком хорошо знал своего старшего друга, чтобы не заметить явно вспыхнувший у того интерес.

— Пока все не столь уж важно. — Он откинулся на спинку стула. — Я же говорю, я познакомился с ней только вчера.