И не успела она оглянуться, как он схватил ее за руку, стянул с лошади и повел к большому камню. Уселся поудобнее и, расставив ноги, притянул ее поближе.

– Жаль, что раньше никто не додумался задать тебе хорошую трепку.

Слишком поздно догадалась Корри о его намерениях. И не успела она пошевельнуться, как Джеймс перекинул ее через колено и с силой опустил ладонь на ее затянутую в бриджи попку. Девушка вырывалась, подвывала, охала, но силы, разумеется, были неравны, тем более что Джеймс слишком долго терпел и теперь был преисполнен решимости преподать мерзкой девчонке достойный урок.

– Если бы ты носила амазонку… - шлеп, шлеп, шлеп, - отделалась бы легче. С полдюжины нижних юбок… - шлеп, шлеп…, шлеп… - и твоя попка пострадала бы меньше, - приговаривал он, энергично работая рукой. Удар следовал за ударом.

– Немедленно прекрати! - визжала Корри, извиваясь. - Идиот несчастный, ты не имеешь права! Я девушка, и притом даже не твоя чертова сестра!

– И я ежедневно благодарю за это Господа! Помнишь, как ты подсыпала какую-то гадость в мой чай и из меня лило целых полтора дня?

– Я не думала, что это так долго продлится! Перестань, Джеймс, это неприлично!

– Да неужели? И это я слышу от тебя? Говоришь, неприлично?! Да я терпел тебя почти всю свою жизнь!

И лично видел твою тощую задницу, когда ты плавала в пруду! И не только задницу, но и все остальное тоже!

– Мне было тогда восемь лет!…

– И с тех пор ты нисколько не поумнела. Жаль, что я не додумался до этого раньше. Считай, что на сегодня я заменил твоего дядюшку Саймона.

Наконец Джеймс остановился. У него рука не поднималась и дальше колотить ее, несмотря на те гадости, которые она устраивала ему все эти годы.

Он уже хотел столкнуть ее на землю, но увидел у ног острые камни.

– О, проклятие, паршивка ты этакая, - пробормотал он, ставя ее на ноги. Она не двинулась с места, потирая пострадавшую попку и не сводя с него глаз. Если бы взгляд имел силу убивать, Джеймс свалился бы бездыханным. Но, к счастью, все обошлось. Он поднялся и погрозил ей пальцем, совсем как когда-то старый гувернер, мистер Бонифейс.