— Не будете ли вы так добры?..

Она посмотрела в его сторону, и, предваряя его просьбу, подвинула к нему сервировочный столик.

Он поставил на него поднос и спросил:

— Какой кофе вы предпочитаете?

— Немного сливок и без сахара, пожалуйста.

Она обратила внимание, что себе он налил один кофе, без сливок и сахара.

Они пили кофе и, не говоря ни слова, наблюдали за огнем в камине. Им молчалось удивительно легко, как будто они сто лет знают друг друга. Перспектива провести с ним остаток вечера уже не пугала ее.

Когда чашки опустели, Луи весело спросил:

— Чем мы займемся, прежде чем отправимся спать?

— Давайте я помою посуду.

Он покачал головой.

— Успеется. Я имел в виду какие-нибудь развлечения. Здесь, конечно, есть телевизор, но в гостиной такой ледник, что вряд ли вам захочется его смотреть.

— Я не очень люблю смотреть телевизор, — сказала Мадлен. — Я бы предпочла что-нибудь почитать.

— Я с вами солидарен. Слава Богу, книг у нас сколько душе угодно. Кроме библиотеки отец собрал большую коллекцию книг первого издания.

— На самом деле? Это так интересно!

— Я не слишком в этом разбираюсь, — сказал Луи. — Если захотите, я вам как-нибудь ее покажу.

Предложение было сделано небрежным тоном, но она ответила с нескрываемым энтузиазмом:

— Спасибо, с большим удовольствием.

— Как вы понимаете, составление каталогов и тому подобное требует много времени, вот почему отец пригласил Мари Мюрье в качестве секретаря.

— Я и понятия не имела, что ваш отец коллекционировал книги, — заметила Мадлен.

Ей показалось, что по лицу Луи пробежала тень сердитого недоверия и тут же исчезла.

— Вы меня удивили. Я всегда считал, что это известно всем, по крайней мере тем, кто его знал.