Амелия нахмурилась.

– Ты называешь это поцелуем? – игриво спросила она.

И тогда Гвидо неожиданно взял ситуацию под собственный контроль.

На сей раз он сам обнял ее за голову, его пальцы погрузились в ее волосы, он потянул ее к себе. Его язык мгновенно оказался между ее губ и стал исследовать внутренность ее рта, не давая ей вздохнуть. Когда он на минуту отпустил ее, Амелия всей грудью вдохнула воздух, словно человек, которого долго держали под водой. Она вытерла рот тыльной стороной ладони, почти ожидая, что подобной силы поцелуй вызовет кровотечение.

– Браво! – пробормотала она, не сразу находя слова. – Это много лучше.

Воспользовавшись моментом, она быстро поставила бокал на пол, чтобы не расплескать его содержимое. И сделала она это вовремя, ибо Гвидо вдруг взял ее за плечи и мягко опрокинул на спинку шезлонга. Затем оказался поверх нее и снова принялся целовать. Амелия автоматически раздвинула ноги и обвила ими крепкие бедра Гвидо. Она вздохнула от удовольствия, почувствовав, как он прижался к ее животу. Похоже, его нервозность как рукой сняло.

Гвидо провел языком по ее губам. Как Амелия и ожидала, его полные губы оказались мягкими, как у женщины. От него исходил запах табака и алкоголя. Амелия уловила также слабый аромат одеколона, используемого после бритья, когда поцеловала его подбородок. «Содержащий себя в полном порядке мужчина», – мысленно улыбнулась она. Это отличительная черта моделей. Музыканты, которых она приглашала к себе в постель, этим отнюдь не отличались, а вот модели… Их работа в том и заключалась, чтобы всегда выглядеть хорошо, и Гвидо определенно отвечал этому требованию. Амелия счастливо ткнулась лицом в его недавно вымытые волосы.

Руки Гвидо медленно перемещались по ее телу, скользили по узкой талии, плотно обтянутой «кошечкой». Левая его рука направилась к грудям, слегка коснувшись одного полного полушария.