Дикин размышлял о словах Ив Мартин, сказанных ею накануне. Обычно Бретт пропускал мимо ушей ее шитые белыми нитками намеки. Он отлично понимал, что Ив вообразила себе, будто влюблена в него и готова завтра же выйти за него замуж, если он того хочет. Но у Бретта совершенно определенно такого намерения не было.

Однако Миранда Феррис вызывала у него совсем другие чувства. Он изучал ее в течение всего ужина — как знаток, рассматривающий картину. Тонкие, почти классические черты лица. Лицо обрамляют светло-русые волосы, отсвечивающие при каждом движении Миранды, как тяжелый сверкающий шелк. Она очень красивая. И даже в скромной повседневной одежде выделялась бы в любой толпе. Если бы могла ходить.

Как только он ее увидел, то сразу же понял: в его жизни эта девушка будет иметь особое значение. Что она каким-то образом сумеет изгнать те привидения, которые так давно не дают ему покоя. Он верил, что когда-нибудь это произойдет, но как — не знал. Теперь все ясно: он женится на Миранде! Брак даст ему возможность тратить на нее и время и деньги. Делать все, чтобы она снова смогла ходить. И это служение заставит наконец исчезнуть постоянно терзающего его душу злого духа.

Миранда чувствовала состояние Бретта, но не знала причины. После кофе она заторопилась домой. Больше она общества Дикина не выдержит.

Для ноября ночь была прекрасной, ничего похожего на скверную погоду в начале недели. Вроде бы никогда и не было того снегопада, который обрушился на Бретта, когда он ехал сюда из Лондона. Слегка подмораживало. В свете луны деревья и трава прямо-таки искрились.

За несколько миль до Уэлл Хауса Бретт остановил машину.

— Я хочу с вами поговорить, — сказал он.

Миранда нахмурилась.

— Вы могли говорить весь вечер.