До сих пор она не выказывала своего недовольства Индией, а письма Шервуда – пусть очень краткие – не содержали упоминаний о каких-то сложностях в отношениях с женой.

– Этого не может быть, – усомнился Росс. – Шервуд очень вас любит и...

– Я это знаю. И чувствую себя обязанной составить его счастье. Но в ближайшее время я не вернусь в Индию. Пока я не окрепну как следует и не удовлетворю свою страсть к цивилизованной жизни, я не смогу быть Шервуду хорошей женой. Это может погубить нас обоих.

Вот что Россу сейчас было совсем уж ни к чему – так это ответственность за семью друга. Тем более что Шервуд Тримбл не столь уж и близкий друг. Действительно, они прекрасно уживались в Оксфорде, поскольку считались прилежными учениками, но потом стали встречаться очень редко – в основном в весьма экзотических местах. По правде говоря, просьба Шервуда поселить у себя Эванджелину была для Росса большой неожиданностью. Видимо, у Шервуда не слишком много друзей, раз он вспомнил о Россе.

– Я очень прошу вас не сообщать Шервуду об этой моей вспышке, – умоляюще глядя на него, сказала леди Эванджелина. – Если я доставляю вам неудобства, я поселюсь где-нибудь в другом месте. Оно, конечно, не будет таким замечательным, как ваш дом, но мне кажется, что я чересчур у вас задержалась. – Склонив голову, она встала. – Ну конечно, это так. Как это эгоистично с моей стороны!

– Я решительно настаиваю на том, чтобы вы остались здесь до возвращения к мужу. – А что еще он может сказать? Он ведь джентльмен, а отправлять замужнюю женщину в какие-нибудь меблированные комнаты – да еще вдвоем со спутником-мужчиной – было бы не по-джентльменски.

Она подняла на него взгляд, и Росс не мог не заметить ее очарования. Полный красный рот, длинные загнутые ресницы, чудесные серые глаза. Нетрудно представить, как был увлечен старый добрый Шервуд, особенно на краю земли, среди песка.

– Вы совершенно в этом уверены? – мягко спросила она. – Только скажите, и я покину вас, Росс.