— Мой муж умер, — ответила она.

Дэниел отметил некоторое напряжение в ее голосе.

— Простите, — смутился он.

В неловком молчании прошло несколько секунд.

— Обычно здесь не так… опасно, — заметила Мария.

Дэниел спрятал улыбку, думая о том, как его встретили.

— Надеюсь, это правда, — сказал он. Уголки его губ дрогнули.

— Здесь не опасно, — повторила Мария. Она очень хотела исправить впечатление, которое создалось у ее нового домовладельца. — Мы хорошие арендаторы. Мы заботимся о доме и всегда платим вовремя.

Дэниел кивнул. Он верил ей без всякой причины, кроме искренности, которую излучали ее васильковые глаза. Он снова ощутил странное и пугающее чувство вины.

Он не нес ответственности за Марию и ее семью. И его не должно волновать, как она воспримет сообщение о продаже дома, в котором так хорошо устроилась. В конце концов, она могла бы устроиться где-нибудь в другом месте.

— Пожалуйста, садитесь, — предложила Мария после паузы.

Приглашающим жестом она указала на диван, и ее рука случайно задела его руку. Прикосновение буквально обожгло его. Мария Баррет невероятно пахла, вдруг осознал он. От нее исходил почти неуловимый сладостный запах… Дэниел внезапно ощутил невероятный прилив желания. Он никогда не испытывал этого с Соней.

Да и с кем-нибудь другим, по правде сказать.

— Простите, — быстро сказала она, отдернув руку.

Волнение в ее ярко-синих глазах навело Дэниела на мысль, что это прикосновение могло обжечь не только его. Оба были удивлены.

Дэниел сел на диван.

— Насчет дома… — начал он, заставив себя вернуться к предмету разговора.

— Да, насчет дома. — Мария попыталась избавиться от ощущения пугающего тепла, вызванного прикосновением к Дэниелу. Она заставила себя направить свои мысли в разумное русло.

Влечение к Дэниелу Уэстбруку, хотя и мимолетное, было неразумным.