Она задумалась.

— И как далеко мне предстоит ехать?

— Ну, около двухсот миль. Конечно, я не отпущу вас сразу, чтобы вы тотчас же не разнесли повсюду, где меня можно найти.

Роз еще раз спросила себя, неужели это все происходит с ней наяву или же это сон. Взгляд сверкающих синих глаз Гая Уэйкфорда был холоден и тверд. Несомненно, после травмы он стал иным.

— Вы умеете водить машину? — спросил он.

— Я обычно подвозила отца. Он был доктором, и я возила его к пациентам.

— Хорошо, — удовлетворенно пробормотал он. — А какая у вас была машина?

Роз назвала. Гай Уэйкфорд снисходительно улыбнулся.

— Скоро вы убедитесь, что «бентли» более мощный автомобиль. Не сомневаюсь, вы прекрасно с ним справитесь. В вас есть что-то такое, что вселяет в меня эту уверенность.

Роз беспомощно оглядела свою бедно обставленную гостиную, задаваясь вопросом, а что будет, если она еще раз попробует позвонить по телефону.

Гай Уэйкфорд едва заметным движением достал из кармана какой-то маленький блестящий предмет. Роз увидела, что это изящный револьвер и, что самое неприятное, он нацелен прямо на нее. Она почувствовала, как холодеет.

— Роз, — его голос стал почти грубым. — Я не хочу меряться с вами силой, но вы должны забыть о телефоне. Постарайтесь представить себе, что его здесь нет, зато здесь есть я — человек целеустремленный и непреклонный, который не потерпит, чтобы ему перечила даже такая красивая девушка, как вы, негодующе сверкающая своими огромными глазами. Вы поняли меня, Роз?

Она молча кивнула.

— Вы уверены, что поняли?

— Да, — проронила Роз.

Он убрал оружие.

— Что вы хотите от меня? — спросила она.

— Ступайте на кухню и приготовьте чай или кофе на двоих. Может быть, еще что-нибудь поесть, ведь последний раз я лишь позавтракал, да и то булочкой с маслом в каком-то киоске. Прошедшую ночь я провел в размышлениях на набережной. Глядя на меня, вряд ли скажешь, что я хорошо выспался. Ну ничего, возможно, мне удастся поспать немного, пока мы будем ехать. А потом видно будет. Но я надеюсь, что вы, Роз, будете разговаривать со мной и голос ваш будет так же нежен и полон сочувствия, как прошлым вечером. Это необычайно успокаивает.