Отличное тело, великолепная внешность! - неохотно признала девушка. Этого у него не отнять. В костюме и с галстуком он выглядел строгим, энергичным и преуспевающим господином. Сменив деловую одежду на джинсовые шорты и белую тенниску, мистер Доу должен был выглядеть не так привлекательно. Но нет, он остался прежним, - решила Диана, исподтишка кидая на Джона критические взгляды. Красивая посадка головы, мощный торс, сильные ноги, покрытые выгоревшими на солнце золотистыми волосками…

Да откуда ей знать, что его волосы выцвели на солнце? Да потому что она видела его ноги раньше! Она видела всего Джона Доу в ту ужасную ночь в доме ее деда в Брюсселе, когда посмела войти без приглашения и без стука в его спальню. Там она застала его в обнаженном виде.

Диана вздрогнула, как от удара током, пробившего ее тело от одного лишь воспоминания. И тут же на щеки, шею, грудь накатила жаркая волна испытанного, но не забытого унижения. Что скрывать, как мужчина Джон всегда привлекал ее. А тогда, в доме деда, она влетела в комнату для гостей, чтобы… смешно сказать, оправдаться! До этого мистер Доу застал ее в саду с Гордоном Чейзом. И не то чтобы там, между ними, происходило что-то особенное, но он мог так подумать. Злясь на себя, на Джона и на всех остальных, она стремительно вошла в его комнату. В этот момент ей меньше всего хотелось следовать правилам приличия. Распахнув дверь, девушка увидела гостя, стоящего посреди комнаты, мокрого после душа и с маленьким полотенцем в руках, которым он сушил волосы. Им же бедняга и пытался в неожиданно возникшей ситуации прикрыть другие части тела, но вышло это не раньше, чем Диана успела все очень хорошо рассмотреть. Весьма неожиданной для нее стала его реакция: стыд, смущение! Она и то смутилась меньше, зато теперь чувствовала, что ее щеки нещадно пылают при одном только воспоминании…

«Я полагаю, что мистер Чейз вернулся к своей невесте, и ты посчитала, что можешь попытать счастья здесь. Или я ошибаюсь?»…