- А где же мы остановимся на ночлег, Магуайр? - поинтересовался герцог.

- В единственном подходящем месте - доме сэра Джона Эпплтона.

- Как! Он еще жив? - поразилась Жасмин. - Насколько я помню, он и его жена - невероятные снобы, презирающие ирландцев. По-моему, он до сих пор кичится, что занимал какую-то скромную должность при дворе старой королевы Бесс.

- Жив и здоров, - мрачно подтвердил Рори, - а с годами стал еще более злобным и подлым. Жена его умерла, но зять с дочерью живут вместе с ним, и, поверьте, они ничем не лучше старого черта.

- Похоже, нас ждет приятный вечерок, - пробормотал Джеймс Лесли.

- О, милорд, не сомневайтесь, они кинутся пятки лизать вам и ее светлости. Вот только с остальными разговор будет короткий.

- А другого места нет? - с надеждой поинтересовался Джеймс.

Рори покачал своей огненной головой и скорбно развел руками.

Сэр Джон Эпплтон превратился в тучного старика, терзаемого подагрой. Его дочь Сара и зять Ричард оказались одинаково тощими и скучными. Они были на седьмом небе от того, что сам герцог Гленкирк с женой и дочерью почтили их визитом, и сразу усадили Фортейн рядом со своим отпрыском Джоном, очевидно, надеясь на чудо. Однако чуда не произошло. Джон, громкоголосый бесцеремонный хам, был так потрясен красотой и надменностью леди Линдли, что мгновенно притих и не сводил с нее обожающего взгляда. Такой девушки ему еще не доводилось видеть! Фортейн же откровенно игнорировала соседа по столу: к несчастью, юный Джон Эпплтон отличался прыщавой физиономией и потными ладонями, а непривычная молчаливость и неумение поддержать беседу отнюдь не возвысили его в глазах Фортейн. Джон показался ей глупым и ничтожным.

- Слава о ваших лошадях идет по всей округе, - заметил старик. Удивительная вещь, если учесть, что у вас на землях работают ирландцы, да еще и католики. Наверняка обобрали вас до нитки!

- У меня трудятся как католики, так и протестанты, - мило возразила Жасмин. - И те и другие преданы мне, и я не делаю между ними различия, сэр Джон. Все они хорошие люди.