«Я думаю, что Авраам Линкольн – наш человек», – сказал Ли, иронически взглянув на Одри, будто бы ожидая с ее стороны возражений.
Но девушка постаралась сдержаться и промолчала, не желая начинать спор за общим столом. По мнению ее отца, избрание Авраама Линкольна на пост президента принесет Югу разорение. Если этот человек все-таки станет президентом, многие штаты выйдут из Союза. Одри вовсе не хотелось вдаваться в обсуждение политических проблем с Ли Джеффризом. Северяне любят поучать южан, что хорошо, а что, по их мнению, плохо. К тому же политика – это мужское занятие. Ей ни к чему дискутировать по таким вопросам.
Одри закрыла глаза и представила Бреннен-Мэнор. Прекрасные возделанные земли, запах азалий и кизила, зелень кипарисов и дубов. Плантация была для нее почти что родной матерью. Очень часто Одри пыталась вспомнить мать, черты ее лица, движения, голос. Но в детской памяти сохранилось слишком мало. Одри было всего семь лет, когда мама умерла. Тогда казалось, что она будет рядом всегда. А теперь у Одри в памяти остались только смутные воспоминания. Она помнила бледную женщину, лежащую в постели и тяжело больную. Лицо матери стало совершенно другим перед смертью.
Остался только прекрасный портрет, который теперь висит над камином, напоминая Одри и Джою, какой когда-то была их мать.
Девушка отошла от перил и села в кресло, заложив руки за голову. Она так скучает по дому и так расстроена из-за неприязненного отношения Ли Джеффриза, что вряд ли сможет сразу заснуть. Снова попыталась сдержать непрошеные слезы, но не смогла. До сегодняшних событий ей удавалось перебороть свою тоску и не проситься домой. Но она не была уверена, что выдержит дальше. Чувствуя себя очень одинокой, дала волю слезам. И только когда выплакалась, достала из кармана носовой платок, неожиданно почувствовала, – что кто-то стоит рядом.
– С вами все в порядке, миссис Бреннен? Одри вскочила при звуках участливых слов.