Старший, Бенедикт, проявлял явную предрасположенность к работе тренера и как тень следовал за отцом по дорожкам и ипподромам. Младший же, Джервис, избалованный матерью, напротив, откровенно демонстрировал отвращение к грубой жизни конюшен и интересовался чистокровными скакунами лишь издали: мог, к примеру, взглянуть на них, когда они были на лугу. Довольно скоро Джервис попросил у отца разрешения вернуться в Англию для учебы в Кэмбридже. Где и понял, что может прекрасно обходиться и без матери, и без Франции. Но там он неожиданно обнаружил, что друзья с восторгом отзываются об его отце, знаменитом Гасе Монтгомери — человеке, который покинул родину ради того, чтобы посрамить лягушатников на их же территории. В высшем обществе, где любил вращаться Джервис, интерес к бегам был огромен, и молодой человек быстро смекнул, что не стоит отрекаться от своих корней.

А в это время в Мезон-Лаффит лошади Гаса продолжали одерживать победы. И все большее участие принимал в этом и даже преуспевал Бенедикт. А когда появилось объявление о продаже конюшни на другой стороне улицы, прямо напротив их дома, они поспешили купить ее с тем, чтобы разместить там новых воспитанников. Гас и Бенедикт по праву делили все возрастающую славу, и люди боролись за то, чтобы отдать своих лошадей на воспитание к Монтгомери.

Так образовался «большой двор» с пятьюдесятью стойлами и «малый двор», в котором их было тридцать шесть. Со стороны малого двора, таким образом, был дом, а со стороны большого — комнаты учеников, сенные сараи и склады инвентаря.

Бенедикт, невзирая на большую занятость, женился на очаровательной молодой женщине, которая вскоре родила ему первого сына, Норбера, а затем и второго — Констана.

Шли годы. Гас умер от бронхита, который неправильно лечили. В то время Бенедикт был практически единственным управляющим конюшней, и уход Гаса не создал профессиональных проблем. Более того, обнародование завещания стало приятным сюрпризом, потому что за те двадцать лет, которые Гас прожил во Франции, он значительно разбогател. Бенедикт полетел в Лондон и провел с Джервисом семейный совет.