— Простите, но это всего лишь царапина, — отважно проверещала рыжеволосая студентка.

— Ну, так устраните ее, — небрежно потребовал он.

— Каким образом? — искренне изумилась она, раскрасневшись.

— Но, по-вашему, это ведь такой пустяк, — перефразировал ее же довод преподаватель. — До вашего появления царапины здесь не было, видимо, потому, что она мне не нужна.

— Но, профессор…

— Ничего не знаю, — холодно бросил он.

— Но вы же видите сами, что она микроскопическая.

— Вот только ответьте, юная леди, место ли ей на крыле моего автомобиля?.. Давайте будем точными. Если бы повреждение было микроскопическим, как вы смеете утверждать, ни я, ни вы бы его не заметили.

— Я выразилась фигурально, профессор, — попыталась осадить его неискушенная первокурсница.

— Всякая фигура речи уместна лишь тогда, когда адресована слушателю, подготовленному к ее восприятию. Если же этого не происходит, вы достигаете ровно противоположного результата. Ваши неосторожные действия травмировали не машину, они травмировали ее владельца. При этом вы имеете наглость утверждать необоснованность моего возмущения и пренебрежительно низводите масштабы понесенного мною ущерба, совершенно не задумываясь о возможных последствиях. Вам бы следовало взять в расчет всю совокупность объективных и субъективных обстоятельств, самым очевидным из которых является неравнозначность наших статусов. Но вы вместо того, чтобы действовать разумно, поддались инфантильному побуждению отклонять все мои претензии. В вашем распоряжении огромный арсенал методов улаживания конфликтов, из которых вы избрали самый бесперспективный.

— Мне очень жаль, профессор Доменико, — промямлила пристыженная Карли Тейт.

— Вы не впечатлили меня своими юридическими навыками, — констатировал он. — Я ведь веду у вас тренинг, не так ли?

— Да, — понуро ответила она.

— Вы Тейт?

— Да, Карли Тейт.