— Пропусти, Мак. У меня до обеда еще полдюжины поручений, я и так уже опаздываю.

— Подожди.

Мак сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь справиться с волнением.

— Пожалуйста, — выдавил он. — Давай спустимся в гостиную, я попрошу Беллами принести чаю, и мы поговорим о картинах, которые, как ты считаешь, являются подделкой.

Он был готов на все, чтобы удержать ее. В душе он знал, что если она опять уйдет из его дома, то никогда уже не вернется.

— Но мне нечего больше сказать о подделанных картинах. Просто я подумала, что ты захочешь это знать.

Мак знал, что вся прислуга затаилась внизу, подслушивая. Они не станут бестактно выглядывать на лестницу, просто будут стоять в дверях, где-нибудь в тени, и ждать, что произойдет. Они обожали Изабеллу и очень горевали, когда она покинула этот дом.

— Изабелла, — понизил голос Мак, — останься.

Он обидел ее, и знал это. Он обижал ее много раз. Первый шаг к тому, чтобы вернуть ее — перестать обижать.

Ее яркие соблазнительные губы немного приоткрылись. Мак стоял на две ступеньки ниже, поэтому их лица находились на одном уровне. Если бы захотел, он мог бы преодолеть эти несколько дюймов, разделявших их, и поцеловать ее, почувствовать вкус ее губ и влажного языка.

— Пожалуйста, — прошептал Мак.

«Ты так нужна мне». В этот момент на лестнице появилась Молли:

— Вы готовы писать меня снова, милорд? Поза остается прежней?

Изабелла закрыла глаза, плотно сжав губы в тонкую неподвижную линию.

— Беллами! — взорвался Мак. — Какого черта она не на кухне?

— О, миледи не обращает на меня внимания, — добродушно улыбаясь, приблизилась Молли. — Правда, миледи?

Молли, прошелестев халатом, обогнула сначала Мака, потом — Изабеллу и устремилась в студию.

— Да, Молли, — холодным тоном обронила Изабелла, — я не обращаю на тебя внимания.

Она приподняла юбки и приготовилась обойти Мака, но он протянул к ней руку.