— Возмутительная ложь!

— И есть еще, как это называется… Утрата брачного союза? — Люк печально покачал головой. — Почти неделя абсолютного блаженства, и потом бах — ничего. Такой внезапный удар может нанести мужчине большой физический и психологический вред.

— Абсолютное блаженство!.. — сквозь зубы процедила Джей-Джей. — Абсолютной была только твоя наглость.

— Ты имеешь в виду, что не воспринимала наш брак как чистый и святой союз? Не чувствовала, что два сердца бьются как одно?

— Единственное, что нас связывало, — секс. — Он-таки заставил Джей-Джей произнести неприятные слова. — И ты это знаешь.

— Ага, кое-что ты помнишь о нашем браке. — Люк удовлетворенно улыбнулся.

Не дав ей взорваться, вмешался Бартон:

— Джей-Джей, давай лучше выслушаем, что он хочет сказать. Уверен, мы можем договориться. Выкладывайте ваше предложение, Ремингтон.

— Давайте начнем с того, что я спас О'Брайн жизнь. Это должно иметь для вас цену, Александр.

— Ты хочешь за это деньги? — задохнулась от злости Джей-Джей. — Это самое отвратительное из всего, что ты сказал.

— Я и не знал, что вы спасли Джей-Джей жизнь, — спокойно проговорил Бартон.

— Видишь, О'Брайн? Для твоего друга это важно. Во сколько вы оцениваете ее? — спросил Люк у Бартона.

— Джей-Джей бесценна.

— Спасибо, Бартон.

— А он еще даже не спал с тобой. Представляешь, как поднимется после этого твоя цена?

— Хватит. Я надеялась, что мы можем договориться как цивилизованные люди. Но если ты хочешь бракоразводного процесса, начинай. Когда я разделаюсь с тобой, ты будешь себя чувствовать так, будто все коровы Норт-Парка прогулялись по тебе копытами.

— Подожди, Джей-Джей. В спешке нет необходимости. Если ты позволишь мне быть твоим адвокатом…

— Я не нуждаюсь в адвокате, Бартон. Я сама адвокат.