— Черт тебя побери, Кейд. Ты так мне ничего и не объяснишь?

— Я не для того вернулся в Техас, чтобы ковырять болячки и разбрасывать упреки, — сказал он, выпуская ее руку. — Нет смысла вытаскивать все эти воспоминания. Не сейчас. Я причинил тебе боль и сожалею об этом, — произнес он примирительно, отчего она рассердилась еще больше.

— Сожаления здесь не годятся! — бросила она и, отвернувшись, отошла к окну. Слезы подступили к глазам. — Я не хочу иметь никаких дел с тобой, Кейд.

— Но ты можешь взглянуть на план дома.

Кэтрин обернулась и посмотрела на него, а он стоял и невозмутимо ждал. Она пересекла комнату и встала в нескольких футах от него.

— Вот это столовая, и я хочу, чтобы на стене была фреска, — сказал он, показывая пальцем. — Здесь задуманы окна с витражами, и сад снаружи не будет виден, поэтому подойдет пейзаж.

Кэтрин внимательно изучала план залы со сводчатым потолком и громадным каменным камином. Он заказывает шесть фресок. Она прикинула стоимость и предположила, что с Кейда легко можно

взять больше. Каким счастливым случаем была бы эта работа, если бы ее предлагал кто-нибудь другой!

Кейд достал новые бумаги, и она снова уставилась на его красивые руки, которые заботливо разглаживали лист. Кэтрин помнила эти руки на своем теле, соблазнительно гладящие его, волшебные руки, от прикосновения которых ее охватывало пламя. Все, что он делал, провоцировало воспоминания, которые были слишком живы. Пытаясь полностью сосредоточиться на чертежах, она наклонилась над столом.

— Здесь кухня и обеденная зона. И тут я тоже хочу роспись.

— Зачем ты показываешь мне эти рисунки? Ответ — «нет», — повторила она.

— Ты отвергаешь хорошее предложение. Мой дом привлечет всеобщее внимание, и для тебя это будет прекрасная реклама, — сказал Кейд. Он стоял всего в паре футов от нее, и она глубоко вздохнула. Почему ей так трудно находиться с ним рядом?