- Ясно. Вы планируете, значит, вывести меня на вашего подопечного через его родственницу?

- Не только. Но она будет одним из важных элементов разработки нашей операции.

- Меня рекомендуют его личным секретарем?

- Да. Он до сих пор говорит по-английски с некоторым затруднением. Вам придется сопровождать его в зарубежных командировках.

- Вы можете ответить мне еще на один вопрос? Только предельно искренне.

- Конечно, - удивился генерал, - что вас интересует?

- Я должна буду с ним спать?

Генерал дернулся. Ему явно не понравился вопрос.

- Я же вам сказал, что мы не смогли узнать характера его отношений с бывшим секретарем, - несколько раздраженно сказал он, - вы можете с ней поговорить, если хотите. Но только после того, как он согласится взять вас на работу. Если они были близки, возможно, вы это почувствуете. Но я не знаю. И не думайте, что мы собираемся использовать вас в этом качестве. Он просто не тот человек, который будет выбалтывать свои секреты в постели. Достаточно, если вы просто будете его секретарем. Мне казалось, что в вашем возрасте все эти амурные истории уже не так важны.

- У меня пока нет климакса, генерал, и я вполне нормальная женщина, сказала она, глядя ему в глаза, - не нужно говорить о моем возрасте.

- Даже слишком нормальная, - пробормотал чуть покрасневший генерал, извините меня. Я, кажется, неточно выразился. - Помолчав немного, он спросил: - У вас есть друг? В ваших документах написано, что вы не замужем, но у вас есть сын.

- Друг есть. Мужа нет. Хотя полагаю, что и мой друг будет очень недоволен, если я попытаюсь объяснить ему детали нашей операции.

- Мне трудно понять, когда вы говорите серьезно, а когда шутите, признался генерал, - но теперь вы все знаете. Конечно, вы по большому счету вправе отказаться, но мы не успеем в нужные сроки найти сколько-нибудь подходящую кандидатуру. Вы наш уникальный шанс, единственная возможность. Наши аналитики уже разработали несколько вариантов... и мы надеемся, что вы не откажетесь, полковник Чернышева.