- Может быть, теперь вам не будет так неприятно, - сказал Роган и ввел в тело Сюзанны обмотанный мокрой салфеткой палец.

Она почувствовала, что куда-то уплывает, отделяется от той женщины на кровати, женщины, которая лежит здесь как проститутка. Конечно, она и есть проститутка, потому что наслаждается теми ощущениями, которые доставляет ей его палец. Сюзанне хотелось, чтобы палец проник поглубже, ей хотелось прижаться к нему, ей хотелось... Но тут все внезапно оборвалось.

Подняв Сюзанну, Роган уложил ее под одеяло, затем погасил свечи и лег рядом. Когда он прижал ее к себе, Сюзанна начала плакать.

Роган ничего не говорил и только гладил ее по неимоверно всклокоченным волосам. Воспоминание о том, какой неистовой она только что была, заставило Рогана улыбнуться. Жаль, что она ему не поверила. Он не солгал. Он действительно не испытывал такого ни с одной женщиной.

Правда, он еще не был женат. Возможно, именно слова мистера Байама вызвали такую загадочную, даже несколько пугающую реакцию. Он испытал слишком сильное удовольствие и утратил над собой контроль. Это очень плохо. Роган думал о том, что испытала Сюзанна. Видя перед собой этот растерянный взгляд, он надеялся, что она испытала то же самое.

Женщина не должна бояться своего мужа. Она должна его хотеть, использовать его, наслаждаться им.

Она неплохо его использовала. Наконец рыдания Сюзанны перешли в икоту. Роган по-прежнему молчал - а что он мог сказать? Через несколько минут Сюзанна провалилась в сон.

***

На следующее утро Роган ее не разбудил - по той простой причине, что он сам не просыпался до тех пор, пока не услышал тихий стук в дверь спальни. Сюзанна спала, прижавшись к нему всем телом.

Стук повторился.

И почему он не проснулся раньше?

Роган вздохнул, осторожно отстранился от Сюзанны, тщательно укрыл ее, затем надел халат.

- О Господи! - сказал он, открыв дверь. - Это вы, Тинкер. Надо сказать, вы вовремя.