Она не была наивной, как, возможно, он себе представлял, и, много чего наслушавшись от своих замужних родственниц, хорошо понимала, что женщины, чей хриплый смех звучал в наступающих сумерках, были проститутками. «Где армия, — назидательно сказала ей как-то одна из кузин, там наверняка есть и женщины!»

Кузина Элизабет брезгливо поведала ей, что брак это то, что приходится терпеть. А кузина Бриджит, подмигнув, добавила, что терпеть можно по-разному. И частенько смеялась со своим женихом Кинаном именно таким смехом, какой сейчас доносился до Аллоры.

Конечно, Аллоре и раньше приходилось видеть маркитанток, неопрятных шлюх, которые часто шли за воинами с Северо-Шотландского нагорья. Здешние женщины были рангом выше. Хорошо одетые, надушенные, они вызывали у нее такое же любопытство, как и все остальное в этом удивительном городе Лондоне.

— Ну, вот мы и прибыли! — воскликнул ее отец, раздвигая пошире занавески на окошках. Экипаж остановился, и возница, торопливо обогнув его, поставил возле задней дверцы скамеечку, чтобы им было удобнее спуститься вниз. Они сразу же смешались с толпой людей, приглашенных на ужин с королем.

Опасения, что их с каким-то умыслом одних зазвали на вечер, сразу же отпали — в мерцающую в сумерках башню прибыло не менее пятидесяти гостей, и все они сейчас поднялись по лестнице в верхний зал. Здесь тоже было очень шумно от множества людей. По залу бродили огромные собаки, суетливо проносились одетые в ливреи королевских цветов слуги, нагруженные подносами с фруктами и сладостями. Миловидные молоденькие служанки предлагали гостям вина и меды.

— Айон! — вдруг послышался знакомый голос. — Айон! Брат!

Дядюшка Роберт! С первого взгляда на него можно было сказать, что это человек действия, в отличие от старшего брата Айона, обычно обдумывающего фразу и не позволяющего гордости или гневу заставить себя поступать слишком поспешно или опрометчиво.

Братья крепко обнялись. Роберт, немного ниже ростом, но шире в плечах, улыбающийся, отпрянув от Айона, сгреб в медвежьи объятия Аллору. Поцеловав ее в макушку, он чуть отстранился, разглядывая ее.