— Не так уж много времени прошло с тех пор, как я видел тебя в последний раз, девочка. А ты уже успела стать настоящей леди. Наверное, юный дуралей Дэвид ждет не дождется твоего возвращения!

Аллора слегка покраснела — Дэвид Эдинбургский уже давно намеревался просить ее руки. Она была уверена, что отец благословил бы их союз, и сами они на редкость хорошо ладили друг с другом. Однако арест Роберта и возможная угроза его жизни заставили отложить на время все дела.

— Ему нечего тревожиться за меня, — поспешила возразить она, беря дядюшку под руку, — у меня верное сердце. Это за тебя, старый дуралей, мы все безумно боимся.

Роберт громко расхохотался, потом, понизив голос, сказал:

— А мы все-таки натянули нос этому нечесаному ублюдочному королю, а? Он завладел Англией, но только не землей свободных скоттов!

Пора было призвать его к осторожности — не время нарываться на ссору. Нахмурив брови, Айон предупредил:

— Все это так, Роберт, но дело принимает весьма серьезный оборот. Вильгельма многие называли за его спиной ублюдком. Однако никто не осмеливался сказать это в его присутствии.

— Меня здесь не охраняют, — быстро пояснил Роберт. По крайней мере, в этом большом зале, где собралась целая толпа приспешников короля. Он довольно хорошо относится к своему племяннику, и я пользуюсь определенной свободой. Так что не стоит слишком тревожиться, Айон. Ублюдку что-то нужно — к счастью, не моя жизнь, — и мы скоро узнаем, что именно.

В камине неожиданно треснуло полено и высоко взметнулось пламя. Тявкнув, отскочила от упавшего горящего уголька собака. В этот момент в зале смолкли голоса и все взгляды обратились на входившего в дверь человека.

Аллора тоже посмотрела на него — широким уверенным шагом он направлялся к главному столу.