– Да мы встали только что.

– А, понятно. Вы извините... Но если после обеда вы свободны...

– Тогда, конечно, подойду.

Пэт принадлежал ко все растущему числу экснолльских спортсменов-любителей, вознамерившихся, казалось, переиграть во все подвижные игры, придуманные когда-либо человечеством. Два городских парка они уже заняли.

– Спасибо, – выдавил Стейт, не замечая иронии в голосе и мыслях Мойо. – На нашей улице поселился один бывший англичанин. Обещал научить нас играть в крикет.

– Просто сказка.

– А вы во что играли раньше?

– В покер. На раздевание. А теперь извините, мне еще кур на завтрак ловить.

Куры давно вырвались из загородки, но из сада не уходили, роя газон в поисках червячков. Порода была генинженированная – толстенькие, изжелта-рыжие и на удивление быстроногие.

Первая попытка поймать курицу закончилась для Мойо тем, что он уткнулся носом в газон. Когда он поднялся на ноги во второй раз, куры сообразили, что творится что-то не то, и с перепуганным кудахтаньем попрятались по кустам. Мойо бросил на них озлобленный взгляд, поспешно отряхнул грязь со штанов и рубашки и ткнул пальцем в воздух. Капля белого огня перебила курице шею. Разлетелись перышки, и хлынула неожиданно обильным потоком кровь. Мойо понимал, насколько нелепо это выглядит – такой мощью кур давить. Но если хоть так получается...

Расстреляв всех кур в поле зрения, Мойо подошел к ближайшей тушке, и та, к его изумлению, бросилась прочь, болтая держащейся на одной полоске кожи головой. Одержимый недоверчиво воззрился на нее – сам он всю жизнь полагал, что это сказка. Потом к свободе устремился второй труп. Мойо закатал рукава и призвал огоньку посильнее.

Когда он вернулся в бунгало, из-за приоткрытой двери в кухню доносились голоса. Ему даже не понадобилось напрягать шестое чувство, чтобы понять, кто заглянул в гости.

Под управлением Стефани печка пылала жаром. Вокруг нее грелись ребятишки, попивая чай из огромных кружек. При виде Мойо все замолчали.