– Путешествовать – значит копить впечатления. Я тебя не заставляю, Мойо, можешь остаться здесь и учиться играть в крикет.

– Сдаюсь. – Он со смехом расцеловал ее. – Пешком они не пройдут, слишком далеко. Нам потребуется какой-то транспорт. Так что я обойду город, гляну, что нам оставила Эклунд.

Уже в восьмой раз Сиринкс подходила к старинному домику Вин Цит Чона на берегу озера. Иногда они беседовали наедине, порой к ним присоединялись психотерапевты, Афина, Сайнон и Рубен. Но сегодня они опять были только вдвоем.

Вин Цит Чон, как всегда, сидел на веранде в своей инвалидной коляске, набросив на колени клетчатый плед.

– Добро пожаловать, милая Сиринкс. Как поживаешь?

Она слегка поклонилась на восточный манер – привычка, приобретенная ею после второго сеанса.

– Сегодня утром с ног сняли медпакеты. Едва могу ходить – такая кожа нежная.

– Надеюсь, ты не винишь в этом незначительном неудобстве врачей?

– Нет,– она вздохнула. – Они просто сотворили чудеса. Я им благодарна. А боль – она скоро пройдет.

Вин Цит Чон слабо улыбнулся.

– Именно такой ответ тебе и следовало дать. Будь я подозрительным стариком...

– Извините. Но я действительно воспринимаю физическое неудобство как преходящее.

– Весьма удачно. Последние цепи сброшены.

– Да.

– И ты вновь можешь летать среди звезд. А что, если ты снова попадешь к ним в лапы?

Девушка вздрогнула, строго покосившись на старика.

– Мне кажется, я еще недостаточно выздоровела, чтобы раздумывать об этом.

– Конечно.

– Ладно. Если хотите знать, я теперь вряд ли с такой охотой стану покидать жилой тороид «Энона». По крайней мере до тех пор, пока во Вселенной остаются одержимые. В моем положении это так плохо? Я подвела вас?