– С Лариской будь сама забота и внимательность!

– Инга!..

– Что «Инга»? Я уже двадцать девять лет Инга! Все, пока! Целую, – она засмеялась и отключила телефон. Разговор с братом, как всегда, поднял настроение. «Между нами особая Связь», – как часто повторяла она. И всегда чувствовала, что происходит с братом, даже если тот находился на расстоянии. Чувствовала… Она вздохнула и загасила в пепельнице окурок. Теперь она другая. Не слабая, но бессильная…

– Извините, вы не угостите сигареткой?

Инга подняла глаза на подошедшую к ее столику девицу, которая до этого с таким аппетитом трескала шаурму.

– Да, пожалуйста, – Инга вежливо улыбнулась девушке. Та закурила и неожиданно присела за столик:

– Спасибо. Извините, Вас зовут Инга? Вы – Инга Дохновская?

– Да… – Инга с удивлением посмотрела на незнакомку.

– С ума сойти! – девица всплеснула руками и засмеялась. – Ну надо же! А я-то думаю, мерещится мне или нет! Сижу и гадаю, Инга ты, или я ошибаюсь. А как услышала твой разговор по телефону, так все сомнения и отпали: брата Вадимом назвала! И себя – Ингой… Глазам не верю: передо мной Дохновская собственной персоной!

Девица, не скрывая своей радости, тараторила и тараторила под вопросительным взглядом Инги.

– Не узнаешь, Дохновская? Ой, неужто я так изменилась! Ну, раз меня не узнаешь, значит, я богатой буду! – девушка, поняв вопросительный взгляд Инги, засмеялась. – Ну же, милая, вспомни, кто на страже стоял, пока вы с Вадькой черешню с соседских деревьев обрывали?.. И к кому ты потом, когда стала уже немного старше, приревновала Серегу Носова, потому что тот на дискотеке пригласил на танец не тебя?.. И с кем ты потом придумывала различные способы отделаться от этого же Сереги, потому что у тебя любовь к нему прошла, а он, наоборот, воспылал к тебе чувствами?..

– Черешню мы с Вадькой тогда оборвали бы всю, если бы он так некстати с дерева не навернулся! Серега Носов тебе на фиг был нужен, потому что ты, как оказалось, уже давно сохла по моему брату! Машка! Пустовалова! – Инга, признав в этой «девушке с шаурмой» свою подругу детства, с которой не виделась уже добрый десяток лет, громко воскликнула, так, что на нее обернулись влюбленные «голубки».