Ханна передвинула золотистую поджаренную индейку в центр стола.

— Ха! Я все слышала, и все было сказано всерьез! Так что, мужчины, вы уберете со стола, а мы, девушки, тем временем будем смотреть кино. Не вздумайте разбить какую-нибудь хрустальную вазочку или фарфор!

Послышалось добродушное ворчание, и все стали рассаживаться за столом. Шейн с Райдером вошли последними.

— Это Джо виноват, — сокрушался Райдер, плюхнувшись в свое кресло.

— Да, — закивал Шейн и в подтверждение слов Райдера, и в такт музыке, доносившейся из магнитофона. — Если бы Монтана играл в защите, как обычно, «49» выиграли бы наверняка, так ведь, Билли?

Билли засмеялся.

— Какая смехота, дядя Шейн, жить в Джойвеле во время футбольного сезона! Знаешь, все пацаны в школе называют наш город «Джо, штат Монтана».

— Знаю. А тебе известно, что твой отец был первым, кто стал так говорить?

Глаза Билли от удивления и восторга загорелись.

— Правда? — выдохнул он. — Научишь меня играть в футбол? Вместе с дядей Шейном?

Райдер и Шейн радостно согласились.

Шейн подошел к музыкальному центру, выбрал музыку и, вернувшись на свое место, встал позади стула, держась за спинку руками и наблюдая за мальчиком, который с восторгом смотрел на Райдера. Будет ли и его ребенок вот так же восхищаться отцом? И будут ли у него вообще дети? Ему уже почти тридцать четыре. В такие праздничные дни, сидя за общим столом, ему ужасно хотелось быть в кругу своей семьи. Он со вздохом отодвинул стул и сел напротив Макса.

— Футбол, футбол, футбол… — Ханна стояла в дверях, уперев руки в бока. — Мы, женщины, корячимся здесь как проклятые целый день, чтобы угодить вам, а все, о чем вы, мужики, можете поговорить, — это футбол… Мяч из свинячьей кожи — вот и весь ваш футбол!

Макс взял ее за руку.

— Ты права, Ханна. А сейчас — садись-ка за стол! — и он жестом показал на соседний стул.