Патриция кивнула с благодарной улыбкой.

— Где? — продолжал он расспросы. — Прямо сразу за коленной чашечкой?

Она опять кивнула, почти боясь слышать об источнике боли, так жестоко ее мучившей.

— Хорошо, — сказал он. — Мы подумаем, чем тут можно помочь. А сейчас доктор Фергюссон распорядится, чтобы вам сделали какой-нибудь укол.

И он отошел, чтобы дать место коллеге. Она снова увидела обеспокоенное, почти отеческое лицо доктора Фергюссона.

— Ну, девушка, — сказал он, — сегодня попробуем дать вам что-нибудь более гуманное, чем демерол. Боль не уйдет совсем, но зато вы будете слышать и видеть, что происходит вокруг. Что вы на это скажете?

— Спасибо, доктор, — сказала Патриция глухим голосом.

— Вы скоро снова почувствуете слабость, — предупредил он. — Вы сможете пообщаться со своими посетителями, пока укол не подействует, но потом опять заснете, хотя, я надеюсь, на этот раз не на тридцать часов.

— Неужели я так долго…

Она попыталась дотронуться до своего вспотевшего лба и увидела, что ее правая рука забинтована.

— В основном из-за демерола, — улыбнулся он. — Но, вообще-то, вам здорово досталось во время столкновения. Вы ударились коленом о приборную доску. Рентген не показывает перелома, так что, видимо, проблемы с хрящом или со связками. Я вызвал доктора Майера по совету мистера Флетчера — он сказал мне, что был свидетелем аварии.

— Рон, — пробормотала Патриция, тут же спохватившись, что называет едва знакомого человека уменьшительным именем.

— Мистер Флетчер проявляет о вас большую заботу. Он почти не покидал больницу с тех пор, как вы здесь. Он знает Дика Майера, который, как вы, наверное, слышали, является специалистом в области ортопедии и спортивной медицины. Кстати, ваш мистер Флетчер — весьма настойчивый и целеустремленный человек. — Врач улыбнулся. — Он, видимо, уже распланировал все, что касается вашего выздоровления, в чем вы сама через некоторое время убедитесь.