Интересно, размышляла она, а что остальные думают о наших отношениях? Ведь он почти не выходит из этой больницы с тех пор, как я здесь…

А ведь и авария без него не обошлась, неожиданно подумала Патриция. Конечно, об этом она не могла рассказать никому, тем более, самому Рону, но факт оставался фактом. Даже его отражение в зеркале заднего обзора настолько привлекло ее внимание, что она на миг отвлеклась от дороги. Судьбе было угодно, чтобы этот миг стал решающим в ее жизни.

Нет, сказала она себе, никто не должен узнать об этом.

Скоро все эти неприятности будут позади, она опять станет самостоятельной и независимой. Теперь же, когда Патриция была беспомощна и напугана, она не могла не оценить его заботу и тот своеобразный юмор, с помощью которого Рон пытался отвлечь ее от мыслей о предстоящей операции.

Однако, как оказалось, все это время он не забывал о деле.

— Если бы вы смогли взглянуть на наш план с моей точки зрения, — сказал он, — вы бы не считали его таким несбыточным. По дороге домой я покажу вам место, о котором говорил, и вы не сможете его не полюбить. Потом я принесу подробные карты, и вы постепенно во всем разберетесь.

Патриция, напротив, успела начисто забыть о предложении, которое теперь показалось ей источником всех ее неприятностей.

— Честно говоря, мистер Флетчер, — сказала она, — вы самый бесцеремонный и самонадеянный человек, которого я когда-нибудь видела. Вы уже пытались впутать меня в это дело и продолжаете твердить мне о нем даже сейчас, когда я вообще не уверена…

Он быстро взглянул на нее поверх плеча Дженни, и его темные глаза вспыхнули, как у дикой кошки.

— Не уверены, что вы выйдете отсюда на своих собственных ногах? — неожиданно резко закончил он фразу. — Вот что я вам скажу, мисс Лейн.