Кристиан Хантер слегка подался вперед:

— Вот почему я и вернулся, мистер Моретти. Моя сестра как-то случайно в разговоре упомянула о процессе, и я узнал на фотографии миссис Карл-тон.

— Ясно, — произнес Моретти с весьма убедительным хмыканьем. — И вы не пожелали, чтобы на вас пала ответственность за судьбу невинной женщины, если вдруг ее признают виновной. Так?

— Верно, мистер Моретти, именно так. Моретти уставился на него.

— А младенец к тому времени родился?

— Да, но развод еще не был окончательно оформлен.

Моретти выдержал паузу, весь подобрался и бросил презрительный взгляд на свидетеля, потом переключил свое внимание на присяжных, стараясь внушить им: сейчас вы увидите, как я прижму негодяя!

— Сколько вам заплатили зато, чтобы вы вернулись в Нью-Йорк, доктор Хантер?

— Возражение!

Судья Олни нахмурился.

— Вы не должны оскорблять свидетеля, мистер Моретти.

— Но, ваша честь…

— Я хотел бы ответить на вопрос, ваша честь, — сказал Кристиан Хантер.

Олни хмуро посмотрел на свидетеля. Если этот человек и подкуплен, а такую возможность Олни считал весьма правдоподобной, то держался он безукоризненно, как настоящий профессионал. Судья медленно кивнул — пусть этот тип сам сунет голову в петлю, если ему пришла такая фантазия. Моретти сейчас перегрызет ему горло.

— После того, как я закончу давать показания, ваша честь, я буду рад предъявить мистеру Моретти перечень своих ценных бумаг и дам возможность побеседовать в моими бухгалтерами. Я не испытываю нужды в деньгах. У меня их более чем достаточно для моих потребностей. Меня невозможно подкупить.

Гул голосов усилился. Олни снова застучал своим молоточком. Он был так уверен, так чертовски уверен, что эта бледная молодая женщина виновна. Но теперь…