Она запыхтела, как паровоз.

— В общем-то, мне и не нужен секретарь, — продолжал он, подбрасывая все новые поленья в огонь.

Реакция Эйлин оправдала его ожидания. Годы шли, а она оставалась неизменной. Скажи ей, что она чего-то не умеет делать, и Эйлин лоб расшибет, чтобы доказать обратное. Прямо как во времена далекого детства, когда ей было десять лет, и бабушка запрещала ей кататься на скейтборде, цепляясь за бамперы машин. Эйлин игнорировала бабушкины указания и продолжала свои увлекательные поездки, пока однажды машина на большой скорости резко не повернула направо, а Эйлин сломала руку в запястье, отлетев в другую сторону и врезавшись в мусорные баки.

Зеленые глаза были встревожены.

— Тебе не нужен секретарь? — произнесла Эйлин. — Человеку, который с трудом печатает двумя пальцами?

— Высокая скорость печати не потребуется. Только аккуратность.

Она нахмурилась, и ее сочный ротик превратился в надутые, недовольные губки, которые ему захотелось поцеловать. В глубине души все же теплилась надежда, что она согласится.

— Я не могу стенографировать. Возьму с собой диктофон, а в понедельник с утра все сам перепечатаю.

— Я могла бы поехать с тобой.

— Конечно, ты могла бы, — сказал Рик, наблюдая, как она медленно наклоняется над его столом, оперевшись обеими руками о столешницу. Высокий воротничок строгой блузки немного опустился, и он не смог не бросить короткий взгляд на ее грудь. Но даже этого мимолетного взгляда было достаточно, чтобы все его тело пришло в напряжение. Откашлявшись, Рик проговорил: — Мне бы не хотелось причинять тебе неудобства.