Рик жадно прильнул к губам Эйлин, а она подалась к нему, выпуская на свободу сдерживаемые чувства. Он нежно водил языком по ее губам, раздвигая их, проникая вглубь, наслаждаясь ее теплом. Она охотно отвечала на его поцелуи, поощряя каждое движение.

Тело Эйлин извивалось, льнуло к нему, касалось его груди и манило. Ноги подкашивались, и она еще крепче обняла Рика за шею, чтобы удержать равновесие. Его руки гладили ее спину. От этих прикосновений по коже Эйлин волной прошла дрожь, охватывая огнем буквально каждую клеточку.

Стон вырвался из ее груди, и она откинула назад голову, заманивая его дальше, без слов умоляя не останавливаться.

— Я не могу тобой насладиться, — бормотал он, согревая ее своим дыханием и заставляя сердце учащенно биться.

Он опустил руки на корсаж ее юбки, и Эйлин почувствовала, как он медленно расстегивает молнию, как материя беззвучно сползает по ее ногам. Она быстро переступила через образовавшийся круг.

Холодный ветер ласкал ее обнаженное тело. Она быстро и ловко расстегивала проворными пальцами пуговицы его белой сорочки. И когда полы рубашки разошлись в стороны, она стала ласкать тело Рика сквозь белоснежную футболку.

Он немного отстранился от нее, чтобы снять рубашку и футболку.

— Боже! — пробормотала Эйлин, глядя на открывшуюся ей широкую грудь. Тело было загорелым, каждая мышца выделялась, словно неизвестный скульптор изваял его тело из камня, делая акцент на красоте мужских мускулов. — Под пиджаками и галстуками ты скрываешь настоящие сокровища.

Он озорно усмехнулся:

— Ты еще толком ничего не видела.

Его пальцы расстегивали пуговицы блузки, разрывая петли. Кому только в голову пришло делать пуговицы на женской одежде такими мелкими? Наконец Рик сбросил блузку с плеч Эйлин. Его взору предстал еще один предмет туалета — шелковый темно-красный бюстгальтер. Высокая, упругая и пышная грудь натягивала тонкую деликатную ткань, и у него захватило дыхание.