Эшли отклонила его предложение, промямлив что-то об освещении с северной стороны. Потом искусно обошла прямой вопрос о своей личной жизни. Вряд ли стоит об этом распространяться с заказчиками — особенно такими, как Лоренс О'Мэлли.

Уловив подходящую минуту, Эшли пожелала хозяину спокойной ночи и ушла, сославшись на усталость и головную боль.

А ведь Лоренс не объяснил, почему они ждали мужчину, внезапно мелькнуло в голове, когда она уже собиралась лечь и намазалась кремом. Возможно, это отец, но при чем здесь он?

Уснуть ей не удалось. Она лежала на роскошной кровати уже битых два часа, смотрела на плывущий по царственному небу месяц и пыталась суммировать все впечатления прошедшего вечера.

Она вспоминала, как за столом все пятеро с удовольствием ели аппетитную жареную рыбу, молодую картошку и зелень. Усталость и напряжение как-то незаметно прошли. Она успела кое о чем расспросить, но в основном, откинувшись на спинку стула, слушала беседу четырех О'Мэлли на абсолютно незнакомые ей темы.

Интересные люди, сонно подумала она. За окном на все лады заливался соловей. Она заслушалась и незаметно уснула.

Как ни странно, спала она отлично. Проснувшись, Эшли ощутила давно позабытую бодрость. Мальчиков, конечно, надо писать на лоне природы. И пусть каждый поможет ей найти подходящее место для своего портрета. Как правило, родители настаивают на том или ином фоне, исходя их своих личных соображений, но Эшли надеялась, что Лоренс разрешит всем троим сделать так, как им нравится.

Прежде чем приступить к наброскам, понадобится несколько дней, чтобы прочувствовать здешнюю природу. Сколько здесь бесподобных видов! Раньше-то она ездила все больше по городам.