И вот мало-помалу из-за розовых бутонов шиповника и темной зелени дрока вырисовался образ Робби, его бледные нежные губы. Но она видела его сквозь какую-то странную пелену. Ни его голос, ни переменчивое выражение грустных глаз не проступили так отчетливо, как она ожидала. Наверное оттого, что сейчас с ним Марджи? Хотя она могла снова куда-нибудь укатить. Вот ведь как получается: Марджи повезло с таким мужем, как Роберт, но она совсем не ценит своего счастья. Зато Эшли, которая знает ему цену, вынуждена с ним расстаться. Робби прекрасный семьянин, привязан к дому, не то что всякие вертопрахи вроде Чарли или Лоренса О'Мэлли. Конечно, у Чарли все могло бы сложиться иначе, будь Кандида жива. А теперь он совсем сбился с пути: постоянно не в ладах с собой, но убежден, что к чему-то стремится. И невдомек ему, что он всего лишь пытается избежать неизбежного.

Ну а Лоренс О'Мэлли? Этот кот иной породы. Есть в нем что-то дикое, такого не приручить, хотя он кажется вполне цивильным. Менять свои манеры ему так же легко, как перчатки, а вернее, как заскорузлые сапоги или эту дурацкую шляпу. Женщине надо полностью выложиться, чтобы направить его кипучую дикую энергию в русло спокойной семейной жизни. Интересно, встречалась ли ему такая, за которую он захотел бы побороться, подумала Эшли и мечтательно улыбнулась.

— Клюет! — донесся снизу резкий крик Патрика.

Эшли приподнялась и увидела, как он стал наматывать бечевку на кулак. Двое других мальчиков свесились над самой водой и, затаив дыхание, принялись наблюдать, как самодельная западня подтягивается к берегу. Она хотела было крикнуть им «Осторожно!», но передумала: раз дядя разрешает племянникам бегать без присмотра, значит, он уверен, что каменистый пруд не представляет для них опасности.

В западне оказалось всего три речных рака, зато они были очень большие и удивительно походили на своих морских собратьев. Денни добавил пахучей приманки и снова опустил пластиковую западню — на этот раз в тихое место, подальше от течения. Все трое улеглись животами на каменистый берег и стали ждать.