— Актовегин, гентамицин, кофетамин, тавегил…

— Последний только по рецептам, а на первые два льготы отменены.

— Это как? — ахает покупатель. — Неделю назад же брали.

— Так теперь префектуры устанавливают список дотационных препаратов, а также и льготников, одного рецепта недостаточно, ишь привыкли на всем бесплатном.

Вся очередь напряженно прислушивается к разговору, люди теснятся у окошечка, наперебой выкрикивают название необходимых им лекарств:

— Клозапин! Тровентол! Пентоксифиллин!

Большая часть требуемых препаратов отсутствует, аналоги, которые предлагает фармацевт, идут совсем не по льготным расценкам. Назревает истерика. Чтобы ее прекратить, провизор прикрикивает:

— Все вопросы в порядке очереди!

Пятью минутами раньше спасенная на ступенях аптеки бабуля, кряхтя, повернулась и поковыляла к скользкому выходу. Сэкономить тут не удалось, раз льготу на актовегин отменили. А у нее денег в обрез. И что теперь делать — непонятно: солкосерил отчего-то не помогает, хоть и говорят, что аналог. Пока сестра жива была — присылала из Волгограда раствор бишофита. Вот он помогал. А теперь ей и помочь некому.

— Устал, Шурик? — Ирина Генриховна сочувственно посмотрела на квелого мужа.

— Не знаю, — ответил Александр Борисович и поежился. — Неважно чувствую себя как-то.

Жена коснулась губами его лба:

— Холодный. Может, пониженная даже. Не знобит?

— Есть маленько.

— После ужина ложись сразу. Под одеялом согреешься. Я тебе сейчас горячего чая сделаю. Да и время позднее. Нельзя же столько работать. Хоть сегодня выспись, отдохни…

— В гробу отдохну, — мрачно бросил Турецкий.

Ирина хмыкнула:

— Все мы так… — И миролюбиво поинтересовалась: — Много дел навалилось?