Утопить ее — вот что он собирается сделать.

Скайлар почувствовала, что индеец схватил ее за волосы — верно, для того, чтобы удобнее было удерживать голову подводой…

Но он всего лишь приподнял роскошную гриву золотистых волос, не давая им намокнуть, и перекинул через бортик ванны. Затем повернулся к камину и снял с огня котел с кипящей водой.

Так вот что! Он намерен обварить ее. Но нет, он осторожно вылил кипяток в ванну, просто для того, чтобы вода стала теплее, вернулся к камину и швырнул молодой женщине кусок мыла.

— Хочешь, чтобы я была чистой, перед тем как убить меня?! — с горечью выкрикнула Скайлар. — Нет!.. — начала вопить она, когда увидела, что индеец опустился рядом с ванной, а в руке его блеснул нож.

Она так и сидела, вопя во весь голос. А индеец всего-навсего перерезал этим ножом кожаные ремни, стягивающие ее запястья. Почувствовав, что руки свободны, Скайлар поспешно схватила кусок мыла и вознамерилась было запустить в дикаря, но он вовремя остановил ее руку, сжав так, что женщина вскрикнула от боли. Глаза дикаря злобно смотрели из-под сдвинутых бровей, и от этого свирепого взгляда Скайлар застыла, лишь сердце ее бешено колотилось в груди.

— Отлично! — воскликнула она, изо всех сил пытаясь унять предательскую дрожь. — Я вымоюсь, если тебе так будет приятнее убивать меня.

Скайлар пристально смотрела индейцу в глаза. Сейчас вид его, казалось, был еще более устрашающим. Он, очевидно, нисколько не смущался своей наготы, в то время как Скайлар не знала, куда деться от стыда. А ведь он сложен как бог, невольно подумала она, и совсем не важно, какого цвета его кожа.

Наконец индеец встал и подошел к камину, а Скайлар, довольная тем, что он отвернулся, схватила кусок мыла. Время. Ей необходимо выиграть время! И Скайлар принялась яростно смывать с лица глубоко въевшуюся грязь. Она с остервенением терла руки, ноги, всю себя, не переставая думать о том, как бы сбежать.