А ведь сегодня у них был праздник — пять лет со дня свадьбы. Следовало бы купить жене подарок или хотя бы букет красных роз, но у него не было ни малейшего желания ехать в ювелирный или к цветочнику. Кривить душой не хотелось, портить Пауле день, впрочем, тоже.

Естественно, она надеялась, что он хотя бы заведет речь о том дне, когда они стали мужем и женой, а не начнет донимать глупыми угрозами. Вероятно, ему действительно надлежало пересилить себя, сделать вид, что воспоминания о свадьбе его радуют. Но он не смог.

Развод, неожиданно пришло ему в голову. Нам надо развестись — это единственный выход. А то мы возненавидим друг друга до такой степени, что натворим глупостей. Да! Надо сейчас же с Паулой поговорить. Хотя… Нет, не сегодня.

Он поднялся со скамейки и в сильном волнении прошелся взад-вперед вдоль бассейна. Почему мысль о расставании с женой не посетила его раньше? Что мешало ему навек распроститься с неудавшейся семейной жизнью год назад, три года? Наверное, впитанное с молоком матери понятие о том, что браки совершаются на небесах и только раз, пример родителей, которые по сей день жили душа в душу.

У него не получилось стать их достойным продолжателем. Он страдал, но изменить отношения с Паулой не находил возможным. Скорее всего дело было не только в ней. Филип долго старался ее понять, угадать, чего она от него ждет, но так и не смог, потому махнул на тщетные попытки рукой.

Завтра же, вот уже несколько минут стучало у него в висках. Завтра со всем разом покончу. Как бы она ни отреагировала, что бы ни затеяла. Так будет лучше для нас обоих. Дальше тянуть некуда…

— Филип! — раздался из дома гневный вопль Паулы. — Гости приедут через сорок минут! Ты поможешь мне хоть немного или будешь торчать во дворе до последнего?

Он тяжело вздохнул. Естественно, это Пауле взбрело в голову устроить в день их свадьбы вечеринку. Кто конкретно явится, Филип не имел понятия. При мысли, что придется разыгрывать любящего мужа перед толпой друзей — а может, и людей посторонних, ведь Паула запросто могла пригласить и едва знакомых, — внутри у него все переворачивалось.