Во время затянувшегося молчания сэр Роберт хмуро разглядывал ее. Наконец он произнес менторским тоном:

— Ты сделаешь то, что тебе велят, и чем скорее ты выйдешь замуж, тем лучше. Я не желаю, чтобы ты смотрела на моих друзей свысока и убегала от них, как вчера вечером, словно они недостаточно хороши для тебя!

И вдруг он, совершенно потеряв контроль над собой, закричал:

— Как ты смеешь указывать мне? Я заботился о тебе все эти годы, одевал, кормил, давал образование! Я делал все, чего хотела твоя мать! А теперь ты сделаешь то, что скажу тебе я! Ты выйдешь замуж за Хопторна, .даже если мне придется волоком тащить тебя к алтарю!

Его истошный крик так напугал девушку, что она ахнула от ужаса и как ошпаренная выскочила из кабинета. Вслед за ней неслись вопли отчима, окликавшего ее по имени и требовавшего, чтобы она вернулась.

Стремительно пробежав по лестнице, Лила ворвалась к себе в комнату и заперла за собой дверь. Бросилась ничком на кровать и, дрожа всем телом, не в силах даже заплакать, лихорадочно пыталась найти выход из создавшегося положения.

И в самом страшном сне ей не могло бы привидеться нечто подобное.

Разум подсказывал ей, что по возвращении ее в Англию сэр Роберт, как отчим, автоматически становится ее опекуном. А опекун действительно волен распоряжаться судьбой своей подопечной. Даже закон не может оградить ее от тех решений, которые он примет относительно ее будущего.

«Я убегу!» — подумала она.

В этот миг в дверь постучали, и Лила замерла в испуге.

— Это я, мисс Лила, я одна, — раздался голос няни.

Девушка вскочила и, тотчас отворив дверь, впустила няню в комнату. А потом, взглянув на ее милое лицо, бурно разрыдалась.

— Полно, полно, не надо так убиваться, — утешала Лилу старушка, прижимая ее к себе. — Я знаю, что случилось. Сэр Роберт сказал своему камердинеру, что на вас хочет жениться мистер Хопторн, а камердинер все рассказал мне.