— Но, поскольку я… пока не уверена, что… хочу целоваться с вами, — запинаясь, объяснила Лила, — с этим… вам придется… подождать!

Однако Джон Хопторн, похоже, сказал себе, что не должен упускать инициативу, и шагнул вперед, к Лиле, которая все еще стояла за креслом.

— Завтра я поеду в Лондон, — торопливо молвила она, — и посмотрю, не найдется ли там… подходящего… подвенечного платья.

За один день… платье не сошьешь!

Джон Хопторн пожирал ее глазами.

— Как насчет того, чтобы выйти за меня через три недели? — осведомился он. — Пастор как раз успеет объявить о свадьбе положенные три раза!

— Мне кажется… модное свадебное платье… так быстро не сошьют! — пыталась остудить его пыл Лила.

— А сколько же его будут шить?

— Это я смогу вам сказать… когда вернусь… из Лондона!

— Ну, тогда мне, наверное, придется удовлетвориться этим!

— Не могу же я прийти в церковь в платье, которое не сделает чести ни щедрости моего отчима, ни… вашему вкусу в выборе невесты!

Джон Хопторн снова расхохотался.

— Да, ты — моя невеста, это правильно!

А теперь давай подари мне поцелуй в знак нашей помолвки. Мы поженимся через месяц.

— Нет, вы слишком спешите! — запротестовала Лила.

— А ты изображаешь недотрогу! — Он игриво погрозил ей пальцем.

— Как хороший охотник… вы должны были бы оценить… ту дичь, которая не дается легко! — парировала она.

Он снова рассмеялся, восхищенный ее сообразительностью Лила по-прежнему пряталась за креслом.

Ее «жених» сообразил, что будет выглядеть нелепо, если станет пытаться поймать ее, а она ускользнет.

— Ну хорошо, — смирился он, — ты выиграла. Но имей в виду. Лила, я человек решительный, и дичь в конце концов мне попадется!

Девушке хотелось сказать ему, что только так он ее и сможет получить: мертвой. Но она заставила себя улыбнуться и произнесла: