– Прекрати, – свистящим шепотом выдохнула она, пытаясь оттолкнуть его. – Пусти, Доминик, пожалуйста!

– Почему? – Он усмехался. – Тебе же нравится! И всегда нравилось.

Он снова жадно поцеловал ее, потом оттолкнул от себя. Она стояла, изумленная: он оттолкнул ее с таким же неистовством, с каким только что обнимал.

– Следующий самолет в Бостон вылетает утром, – услышала Мэдлин холодный голос.

– Если ты не улетишь, я буду считать, что ты решила остаться и продолжать борьбу. А не убегать, как жалкая трусиха. Как ты сделала в прошлый раз.

Он подошел к лошади, вскочил в седло и ускакал, прежде чем до Мэдлин дошел смысл его слов.

Стук копыт и глухие удары сердца звучали в унисон. Мэдлин в замешательстве смотрела в пустоту, удивляясь себе и вспоминая невероятную сцену.

Одному Богу известно, как часто за последние годы она мечтала о такой вот встрече с Домиником, боролась с собой, стараясь справиться со своими чувствами. Но ей и в голову не приходило, что Доминик предъявит ей ультиматум. Раньше все было наоборот. Мэдлин была обиженной, а Доминик должен был падать ниц и умолять о прощении.

Так что же ей делать? Снова бежать? – размышляла Мэдлин, пытаясь унять дрожь. Неожиданная встреча с Домиником потрясла ее. Она поняла, что по-прежнему уязвима. Это открытие заставило ее задуматься – может быть, действительно лучше вернуться в Бостон, пока он снова не причинил ей боль?

Отомстить, мрачно решила Мэдлин, садясь в седло. Доминик предостерег ее, что готов отомстить – за оскорбление, которое она нанесла ему.

Но ему следовало бы понять, что он уже отомстил ей. С ее точки зрения, они квиты. И не должны больше встречаться.

– Черт с тобой, Доминик Стентон, – прошептала Мэдлин в темноту. – Есть много других забот.

Час спустя Мэдлин беспокойно ходила по спальне, руки в карманах голубого атласного халата, и продолжала проклинать Доминика.