– Откуда? Я их рисую, что ли? – возмутилась сестра.

– Ах, и точно, ты их даже зарабатывать не умеешь.

Аллочка возмущенно выкатила глаза, сжала губки куриной попкой, но ответить было нечего.

– Девочки, не ссорьтесь, у меня есть деньги, – примирила сестер Светлана.

– Есть деньги, вот и доставай! Три тышши! – снова возникла возле них бабуся.

– Договаривались на полторы же… – растерялась Светлана.

– Я сама свому слову хозяйка! Хочу – скажу три, а хочу – вовсе пять заломлю, с меня станется.

Пока Светлана с Гутей недоуменно переглядывались, Аллочка изменилась в лице, выгнула грудь бугром, сложила руки кренделем и заговорила сердитым басом:

– Гражданочка! А пройдемте-ка в ваш коттедж для подробного допроса. Следствие жутко подозревает, что вы причастны к убийству гражданина Севастьяна… Гутя, как фамилия потерпевшего?

– Рожкин! – охотно подыграла та. – Севастьян Романович Рожкин.

Аллочка еще больше напыжилась. От такого ее представительного вида старушка не на шутку струхнула, подобрала подол и тихонько потрусила к дому, от греха подальше. Но зычный бас пригвоздил ее к месту.

– Куда эт вы?! – куражилась Алла Власовна. – Нет уж, постойте! Следствие подозревает вас в убийстве гражданина Рожкина!

– Ал, ты чего это? Он же не убит еще! – покрутила пальцем у виска Гутя.

Сестра не смутилась, она уже основательно вжилась в роль, а Гутя ей только палки в колеса вставляла.

– Ничего. Твой зятек его по дороге так растрясет, что мужик не доживет. Это я тебе как специалист намекаю. Так что… Пройдемте, гражданочка, чего рот-то раззявили? Сейчас вы нам подробно расскажете, за что вы силком затащили к себе мужчину, а затем избили потерпевшего до мозготрясения?

– До сотрясения мозга, – шепотом подсказала Гутя.

– Неважно. Так за что же? Вы его домогались? Вы выбивали из него деньги? У вас организована группа рэкетиров?

Старушка беспокойно бегала глазами от Аллочки к Гуте и обратно. Потом тихонько обратилась к спокойной Светлане: