«Представляю, каково сейчас Николаю!» – подумала Марина и вздохнула – теперь за ней был должок, да только вряд ли ей удастся его вернуть… Наверняка Николай больше не захочет встречаться с ней, ведь он не получил от их близости никакого удовольствия.

Николай тем временем тоже оделся и, подойдя к столу, открыл свою записную книжку. Полистав страницы, он вдруг рассмеялся.

Марина удивленно посмотрела на него. А Николай, взглянув на нее, сказал:

– Хочу записать твой телефон.

Не понимая, что тут смешного, Марина продиктовала телефоны работы и квартиры, но он улыбался и продолжал смотреть на нее, ничего не записывая.

– В чем дело? – недоуменно спросила Марина.

– А зовут-то тебя как?

– Марина, – пролепетала она и, закрыв лицо руками, обессилено опустилась на стул.

«Докатилась…» – пронеслось в ее голове.

В ту же минуту она почувствовала, как теплые руки Николая обняли ее.

Ласково прижимая Марину к себе, он гладил ее по голове и утешал как маленькую:

– Перестань, нам ведь было с тобой так хорошо. Не жалей ни о чем! Я хочу тебя еще увидеть, и, возможно, еще не раз… – и, улыбнувшись, добавил: – Теперь от меня не отвертишься!

Марина встала и, недоверчиво покачав головой, пошла к вешалке. Николай двинулся за ней следом, и, отобрав пальто, помог ей одеться.

Они вышли из института и зашагали вдоль центральной улицы. В свете тусклых фонарей кружились хлопья снега, неторопливо оседая на заледеневшую землю.

Молча притянув Марину к себе, Николай обнял ее за талию, и повел, поддерживая на особо скользких местах. Говорить было как будто не о чем, хотя в голове у Марины вертелось много вопросов.

Вдалеке показались «Жигули».

Марине не хотелось пешком добираться домой по этому прикрытому снегом катку, и она решила взять машину, благо в кармане у нее еще были деньги.