Взгляд Хоакина остановился на эффектной паре танцующих. Мужчина был весь в белом. Его длинные черные волосы были забраны в «хвост», что очень шло ему при его темно-оливковой коже и довольно резких чертах красивого лица. На партнерше было черное платье с открытой спиной, облегающая юбка которого внизу была окаймлена белым. У нее тоже были длинные черные волосы, волной ниспадавшие на спину. Они напомнили Хоакину о Николь Эштон, а это было совсем не то, о чем ему хотелось бы сейчас думать.

– Ваши напитки, сэр.

Хоакин расплатился с барменом, отметив, что цены в этом клубе просто запредельные. А цену деньгам, даже разбогатев, он не забывал никогда. Уроки бедности не так легко забыть.

С напитками в руках Хоакин стал прокладывать себе путь, лавируя между танцующими, и вдруг совсем рядом снова увидел женщину, напомнившую ему Николь.

Она была великолепна – роскошная грудь туго натянула лиф платья, в высоких разрезах юбки мелькали совершенной формы ноги, тонкую талию, казалось, можно было обхватить ладонями.

Мужчина в белом переклонил свою партнершу через колено. Ее великолепное гибкое тело изогнулось, голова откинулась назад, волосы коснулись пола. Зеленые глаза женщины искрились от удовольствия, а лицо было озарено улыбкой. Лицо, которое настолько потрясло Хоакина, что он расплескал напитки.

Это была Николь.

Хоакину показалось, что он получил удар в солнечное сплетение. Он быстро отступил назад, ощутив мгновенную вспышку ненависти к мужчине в белом и неистовое желание вырвать Николь из его рук.

Хоакин не ожидал, что их пути пересекутся снова, что он вот так буквально натолкнется на нее. После разрыва с ним Николь уехала за границу, сделавшись для него недосягаемой. И вот она здесь, в этом клубе. С другим.

Иначе и быть не могло, в ярости подумал Хоакин. У него тоже были женщины, однако он больше никогда не чувствовал той силы страсти, которую испытывал к Николь. Да ему и не хотелось больше испытывать глубокую эмоциональную привязанность к кому-либо после того, как Николь ушла из его жизни.