Оливия не знала, шутит ли отец насчет эскорта, но неусыпная забота Линды и Мартина по отношению к ней действительно настораживала.

— Спасибо, — поблагодарила она. — Должна признаться, я очень волновалась, как ты меня встретишь.

Отец нахмурился.

— Из-за молодого Армстронга? Много воды утекло.

— Ты не отвечал на мои письма, — посетовала она. — И редко упоминал мое имя, так Линда говорит.

— Мы все совершаем ошибки, Лив. Я разозлился на твое упрямство. Ты не желала слушать мои советы.

— Если это тебя утешит, я так и не достигла успеха в жизни.

— Не достигла? — Губы отца изогнулись в подобии улыбки. — Я слышал, дела в Лондоне у тебя шли хорошо. Затем ты уехала в Америку с этим… Гарви. Так понимаю, брак не удался.

Оливия склонила голову набок. Счастлива она была лишь в браке с Армстронгом — и то, пока не забеременела.

Она до мельчайших подробностей помнила свои ощущения и сомнения. Они были слишком молоды и не могли позволить себе лишний рот, но она очень хотела этого ребенка, мучилась ночью и днем, пытаясь прийти к определенному решению. Как и любая будущая мать, она представляла своего малыша, гадала, на кого он будет похож.

— Мне не следовало выходить замуж за Брюса, но он говорил, что любит меня, и с ним я могла позволить себе многое.

— Он был богатым человеком?

— Полагаю, да. — Оливия пожала плечами.

— Поэтому ты вышла за него замуж?

— Нет. — Она отрицательно покачала головой. — Я была очень одинока, мне нужен был заботливый человек. Он казался именно таким.

— Ты чувствовала себя одинокой? — переспросил отец. — Почему тогда не приехала домой?

— Я думала, ты не желаешь меня видеть, — честно призналась Оливия. — И я считала, что… Джоэл еще здесь.

— Он ушел. Через пару недель после твоего отъезда в Лондон.

— Теперь я знаю.