— Ты, должно быть, голодна, — сказал Джоэл, косо взглянув на спутницу. Оливия вымученно улыбнулась. Желудок недовольно урчал, перерабатывая литры кофе.

— Надеюсь, Линда приготовит что-нибудь к твоему приезду, — продолжил он. — Она лучше всех печет пирог с печенью и жарит стейк.

— Неужели? — Оливия нахмурилась, подсчитывая калории. Последнее время она следила за своим весом, привыкла к умеренной пище. Питалась в основном рыбой и тем, что ее сестра называла кормом для кроликов. Мысль о стейке и пироге ужасала.

— Тебе не мешало бы нарастить жирок, — ухмыльнулся Джоэл, миновав очередной перекресток.

— Да? — возмутилась она. Он научился читать мысли? — Я всегда знала, что ты предпочитаешь женщин с пышными формами.

Джоэл рассмеялся, а Оливия рассердилась.

— Можно и так сказать, — согласился он, и ей захотелось ударить его. Она знала, что выглядит отменно по американским стандартам, поэтому его смех задел ее за живое.

— Полагаю, твоя вторая жена — моя полная противоположность, — зло бросила она, не заботясь о том, насколько невежлив ее тон. — Я из тех женщин, которые следят за своей внешностью. Мы не хотим походить на дойных коров!

— Думаю, именно из-за этого ты избавилась от нашего ребенка, — резко заметил Джоэл. Он некоторое время молчал, затем ровно добавил: — Мне не следовало так говорить.

Оливия проглотила ком в горле. Когда-то она поклялась, что не заговорит об их потере, если увидит его.

— Кстати, — холодно начала она, — я не избавлялась от нашего ребенка. Рискну повторить: у меня случился выкидыш. Веришь ты или нет, но такое случается!

Костяшки пальцев Джоэла побелели.

— Скоро будем на месте. — Она поняла, что он не верит ей сейчас, как не верил тогда. — Я тебя высажу и вернусь обратно в колледж.