К счастью, Оливии не пришлось отвечать, поскольку они достигли Бриджфорда. С навернувшимися на глаза слезами, со щемящим сердцем, она завороженно смотрела на красоту, раскинувшуюся перед ней. Яркие домики весело проглядывали меж зеленеющих изгородей и посадок.

Деревня почти не изменилась с момента ее отъезда. У церкви появилось несколько новых построек. Повсюду цвели нарциссы, на деревьях кое-где розовели нежные бутончики миндаля.

— Твои родители еще живут в деревне? — спросила Оливия. Армстронги не одобряли их отношений, и, даже когда они поженились, миссис Армстронг сомневалась, что Оливия сможет осчастливить их сына.

— Отец уволился. — Мистер Армстронг работал бухгалтером на ферме в Чевинхеме, маленьком местечке, расположенном в десяти милях южнее Бриджфорда. — Они сохранили за собой дом в Блейдс-Лейн, еще прикупили недвижимость в Испании. Они проводят там зиму и весну.

Это многое объясняет, цинично подумала Оливия. А она еще спрашивала себя, как он объяснил родителям свое желание поехать в аэропорт встречать ее.

Они направились к ферме. «Роуз-коттедж» окружал разросшийся шиповник, тянувший свои раскрытые чашечки цветов к веселому, яркому солнышку.

Оливия вспомнила времена их юности: сколько раз она бегала к калитке, у которой поджидал ее Джоэл. Они ходили в одну школу в Чевинхеме, и школьный автобус забирал их у обочины.

Он был годом старше, и, когда они достигли школьного возраста, на совместный досуг времени не осталось. Может, в этом причина стремительности их романа? Запретный плод сладок.

— Как находишь родные пенаты? — прервал ее воспоминания Джоэл, за что она ему была безмерно благодарна. Те времена лучше не вспоминать.