Он замолчал. Молчали и все присутствующие на свадебном торжестве, пораженные его искренней и страстной речью.

И тогда заговорила Пола:

— Эйнджел Тейт, однажды ты сказал мне, что я «красивая женщина». Я поверила твоим словам, и ты ни разу не дал повода усомниться в них. Каждый день, каждый час я ощущала твою заботу и внимание. Сегодня я поняла: это ты и твоя любовь сделали меня прекрасной. Говорят, счастье приходит к женщине тогда, когда она встречает своего мужчину. Я — счастливая женщина, потому что у меня есть ты…

— Когда Пола окончила говорить, на глазах у всех свидетелей церемонии стояли слезы — так растрогали их слова невесты, — заверила тех, кто смотрел передачу, Мелисса Трои. — Эйнджел нежно обнял избранницу и под всеобщий гул одобрения запечатлел на ее губах первый супружеский поцелуй. Уважаемые телезрители, прямая трансляция из поместья Фила Пулмана подошла к концу. Напоминаю, с вами была я, Мелисса Трои, и Третий национальный канал…

Снято! Я плачу… Билли, дай платок!

Спальня, предоставленная Филом Пулманом для новобрачных, располагалась на третьем этаже западного крыла дома, окна которого выходили на небольшой пруд, окруженный прекрасным садом. Пола стояла на балконе, любуясь ночным небом, и ветер играл с ее волосами.

Сзади неслышно подошел Эйнджел.

— Ты устала? Видит Бог, я не хотел этой шумихи, но Фил настоял… Прости. — Он прикоснулся губами к пульсирующей жилке на ее шее.

Пола глубоко вздохнула и, прикрыв глаза, ответила:

— Тебе не за что просить прощения. Я знала, что делаю, когда шла к алтарю. Ты — звезда, Эйнджел, а я — твоя жена, миссис Эйнджел Тейт. — Она улыбнулась.

— Мне нравится, как ты произносишь мое имя. Еще больше нравится то, что теперь это и твое имя тоже.