Но нет, Лео был слеп, и на следующее лето Петрина приехала снова. Они с Лео обручились. Энджи была потрясена, но все же не оставила надежду. В конце концов, помолвки так часто расторгаются до свадьбы, говорила она себе, цепляясь за соломинку. Но это свершилось. Уоллес уехал на свадьбу Лео, и уже никакое чудо не могло предотвратить ужасное событие. Девушка была безутешна. Когда Энджи исполнилось семнадцать, она решила, что не стоит страдать из-за человека, который все равно для нее недостижим и который теперь женился на другой женщине. Она начала встречаться с другими ребятами. Да, да, начала! Она была пяти футов десяти дюймов ростом, с прекрасной фигурой, с правильными чертами лица и с длинными, до пояса, светлыми волосами, так что недостатка в обожателях не испытывала.

К следующему Рождеству Петрина забеременела и родила очаровательную девочку. Лео обожал дочь. У Энджи сжималось сердце при виде его беспредельной любви к маленькой Дженни, названной в честь бабушки. Петрина же была совершенно равнодушна к малышке, спихнув ее на руки бесчисленных нянек. Ее явно раздражало, что теперь ее дочь стала центром всеобщего внимания.

В тот же год произошла страшная трагедия, и в Деверо-Корте не праздновали Рождество. Лео не приехал из Греции. Его жена и маленькая дочка разбились в автокатастрофе. Он приехал только летом, одинокий и печальный, и поселился в Фолли, в домике у озера, избегая людей.

А Энджи, глупая Энджи, вообразила, что наконец дождалась своего часа. Теперь или никогда, решила она, надо действовать, пока он не уехал в Грецию и не влюбился в очередную красотку…

– Теперь, когда мне известно, кто такой Лео Деметриос, – сообщила Клаудия, находившаяся на следующий день в прекрасном настроении, – я понимаю, что ты не могла держать у порога такого важного и влиятельного человека. Но, Энджи, это исключение из общего правила. Запомни это, иначе ты будешь уволена.