— Так вы не желаете иметь с нами дело?

— Как еще мы можем добраться до берега? — насупился Хогарт.

— Сколько вы можете заплатить? — спросила женщина. — Капитан, мы не хотим слишком обременять вас или вашу команду.

— Пришлите на борт вашего капитана, и мы обсудим это.

Грабители направили свой баркас к «Королевской Арфе» с подветренной стороны, так искусно лавируя, как будто управляли легкой четырехвесельной шлюпкой. Испанец ухватился за болтающийся конец и легко, словно чайка, перемахнул через поручень. Затем замер на полусогнутых, широко расставленных ногах, озираясь вокруг.

За ним на борт последовала женщина. Остальные баркасы расположились вдоль борта шхуны. Глаза женщины внимательно изучали судно. У нее был проницательный, оценивающий взгляд бейлифа, производящего опись перед тем, как известить о лишении имущества.

Испанец сквозь выбитые зубы облизал языком свои полные губы:

— Откуда идете?

Хогарт ответил и затем добавил:

— А как вас называть?

— Как угодно, мой друг. — Рыжеволосая женщина говорила отчетливо и громко. — Полагаю, нам надо обсудить условия? Мы долго гребли, чтобы помочь вам.

— Это очень любезно с вашей стороны, мэм, — сказал Хогарт.

Женщина заложила большие пальцы за широкий кожаный пояс.

— Так сколько вы можете заплатить?

Ее тонкая от природы кожа потемнела от солнца и ветра и приобрела цвет красного дерева. У ее спутника нос был как у попугая, выступающий из-под полей смятой и выцветшей черной треугольной шляпы.

— Я могу заплатить по десять шиллингов за голову.

— Этого мало, — отрезал блондин, запрыгнув на палубу. Он попытался заглянуть в главный отсек, но освещение было слишком слабым, чтобы увидеть там что-либо.